НАШИ ПУТЕШЕСТВИЯ

А мы направились в центр. Вечерняя Севилья мне представлялась крайне романтичным местом, где под балконами поют серенады, а на площадях в уличной толпе отплясывают знойное фламенко. Наверняка, где-то все это было, но сам центр возле собора был пуст, темен и тих. Никаких уличных музыкантов и стихийного народного веселья. Мы шли по узким улицам, укрытым полотнищами от летнего зноя, мимо колоритных испанских домов с узкими балконами и вскоре оказались в своей гостинице. Где, сраженные усталостью, тут же повалились и заснули.

…Гостям пансиона Редес я бы посоветовала спускаться к завтраку к точно назначенному времени, к 8-30, поскольку в маленькой столовой всего шесть столов. Мы припозднились и заняли последний свободный столик. Спустившаяся за нами пара вынуждена была ждать, когда какой-нибудь столик освободится.
Завтрак очень скромный, на стол ставится тарелка с сыром и колбасой, каждому выдается по йогурту и соку. На общем столе – кофе, чай, мюсли, джем, масло. Можно поджарить тосты.
Перекусив, мы отдали ключи хозяйке и отправились за следующей порцией впечатлений. На утро были запланированы площадь Испании и квартал Санта-Круз.
И вот – круглая площадь Пуэрта де Херес. И за ней – примечательное малиново-желтое здание с эффектным порталом – дворец Сан-Тельмо. По краю крыши идет ажурная решетка с тумбами, на которых установлены статуи 12-ти знаменитых севильцев. Когда-то в этом здании, построенном на деньги инквизиции, размещалась морская школа для осиротевших детей моряков. Потом дворцом владел граф Монпасье, а на протяжении почти всего двадцатого века здесь размещалась семинария. Теперь во дворце располагается администрация Андалусии.

Угол дворца выходит на канал, за которым виднеется двухэтажное массивное здание бывшей табачной фабрики, занимающей целый квартал. Прежде это было крупнейшее табачное производство в Европе. Фактически из Севильи осуществлялось управление колониями, сюда по Гвадалквивиру поднимались корабли, груженые, в числе прочего, и кубинским табаком. В течение ста лет Испания имела монополию на кубинский табак. Здесь был изобретен свой особенный способ закрутки сигар. На фабрике работало несколько тысяч человек, это был определенный, весьма представительный пласт местного населения. Даже в художественном музее есть несколько картин из жизни фабричных работниц. А самая знаменитая ее работница – литературный персонаж Кармен. И начинается роман Проспера Мериме сценой ссоры на этой табачной фабрике.
Сейчас здание принадлежит Севильскому университету. Мы прошли его насквозь и вышли на канал как раз напротив закругленного фасада театра Лопе де Вега.
Миновали оживленный перекресток и вскоре оказались на площади Испании, эффектной и праздничной. Полукруглое здание - парадные декорации площади – заканчиваются двумя симметричными башнями по краям. Перед зданием проходит канал с мостиками. Главный элемент декора площади – яркие плитки асулехос. Каждый город Испании представлен небольшим порталом с изразцовой картиной, изображающей определенный ключевой эпизод истории данного города. Изразцами выложены перила галереи, мостиков, лавочки и прочие поверхности.

Мы еще немного прогулялись по парку Марии-Луизы, а потом отправились в квартал Санта-Круз. Опять прошли мимо табачной фабрики, вдоль высоких стен Алькасара, через сады Мурильо и оказались на узких белых улочках еврейского квартала.
Некоторое время мы блуждали по Санта-Круз, заходя во встреченные церкви и во внутренние дворики, заполненные зеленью и украшенные асулехос. Так, потихоньку дошли мы до дома Пилата.





В этом дворце причудливо сплелись арабский стиль с искусством итальянского Возрождения. Центральный дворик выглядит совершенно по-итальянски, словно попадаешь в итальянский палаццо: по периметру – беломраморные аркады в два яруса, в центре – фонтан, по углам – римские скульптуры. Но заходишь в тень галерей и видишь стены, покрытые арабскими узорами, вырезанными по алебастру или составленными из изразцов. Асулехос на стенах – приглушенных тонов, преимущественно зеленовато-фиолетовой гаммы. Все тот же калейдоскоп, геометрические узоры, рассыпающиеся по стенам то звездами, то ромбами, змейками, снежинками, кружочками. Изумительные резные потолки, украшенные золотистыми шишками, вдавленными звездами. Есть и, как в Алькасаре, свой потолок «пол-апельсина».









По периферии дворца – зеленые патио, просторные, с пальмами и деревцами на тонких ножках, с кронами в форме зонтика. В центре патио, среди зелени – фонтаны. В нишах галерей – античные скульптуры.
Покинув причудливый мавританско-римский дворец, мы направились на пласа Енкарнасьон. Под белой «калатравиной» в магазинчике купили пива, сыра, ветчины, хамона. Подошедший автобус отвез нас на вокзал, и электричкой в 13-30 мы поехали в Кордову. Стоимость билета –€ 12.65.

Кордова
От Севильи до Кордовы электричка шла чуть больше часа. За это время мы пообедали, полюбовались окрестными ландшафтами, почитали путеводитель (который потом благополучно позабыли в электричке – очень жаль, мы любили «толстяка». Наверно, катается сейчас по Испании, о которой содержит столько интересных сведений. Хорошо бы встретился на его пути любознательный русский человек).
В Кордове потеряли 40 минут, ожидая автобус в центр. Оказалось, что остановку перенесли. (А пешком от вокзала до центра идти около 15 минут. Часть пути – по приятному бульвару с пальмами. Но это мы узнали на обратном пути).
Прибывший, наконец, автобус забрал с остановки уже изрядную толпу. Высадили нас не у самой Мескиты, как мы рассчитывали, а на тихой улочке, и мы еще некоторое время пробирались по лабиринтам среди беленых глухих стен еврейского квартала Худерия.
Худерия скорей напоминает переулки арабского Альбайсина, чем севильский квартал Санта-Круз, дома здесь пониже и попроще и жизнь кажется совсем замкнутой. Санта-Круз выглядит более аристократично и изысканно со своими фонариками, ажурными решетками на балконах. То и дело в просвете между домами высунется какая-нибудь башня или мелькнет кусок церкви. В Кордове тоже встречаются и решетки, и искусные порталы, но низкие дома, долгие глухие стены, арки создают ощущение, что ты пробираешься мимо маленьких крепостей и как-то даже беззащитен в безлюдных этих коридорах.

Вскоре мы очутились под стенами Мескиты, где жизнь, напротив, бурлила. Внутренний Апельсиновый дворик оказался просторным и напоминал Апельсиновый дворик при севильском соборе. Да и башня-минарет Мескиты походила на Хиральду. (Внимание фотографов: в обоих двориках под ногами – узкие канавки для стока воды. Ловя в объектив башню, посмотрите предварительно под ноги).
В кассе нам продали билет в «Catedral» - именно там официально называется этот величайший памятник арабской культуры. И мы вошли в полумрак мечети.
Скажу сразу, вздоха восхищения из груди не вырвалось. Представьте бескрайнее полутемное пространство, уставленное рядами колонн, соединенных полосатыми арками (красно-белая полосатость безотчетно отсылала к матрасам). Вполне однообразное, тягучее, со своим ритмом, уводящее в бесконечность - в какую бы сторону человек не шел. В полутьме бродили люди, но в этих просторах присутствие других человеков почти не ощущалось.









Михраб – самое возвышенное, изящное, восхитительное место Мескиты. Все та же вязь по стенам, арки с фигурным краем, в полосатом кокошнике, словно восходящее солнце. Правда, указывает михраб не на Мекку, как положено, а на Дамаск.
Мескита настолько огромна, что внедренный в самом центре ее христианский кафедральный собор воспринимается небольшим и странным вкраплением. Собор – самое светлое место этого необычного здания. Возможно, это сделано для контраста – не в силах освоить такое огромное пространство, выделили христианскую часть избыточным светом. И тянется он скорей ввысь, чем по сторонам. Так подспудно и откладывается: мечеть – темная и низкая, собор – светлый и высокий, и - незаметный переход из одного в другое. Еще! мечеть сдержанна и строга, собор - чем только не изукрашен: и ретабло из красного мрамора, и симметричные резные кафедры, декорированные колонны, купола, перегородки, два великолепных органа, кресла хора из красного дерева. Очень эффектная подсветка по контуру выше резных кресел – словно отблеск огня.

После Мескиты мы пошли к Алькасару, крепости-дворцу на берегу Гвадалквивира. Перед крепостью – желтая площадь с пальмами и апельсинами, а рядом с самой высокой башней – высоченный узкий кипарис. Стены с характерными зубцами в виде прямоугольника с нахлобученной треугольной шапкой (мы как-то больше привыкли к гиббелинским «ласточкиным хвостам» и квадратным гвельфским зубцам).
Во дворце в одном из залов представлены древние мозаики, найденные во время раскопок. Внутренние патио – без особых изысков, довольно простые. С крепостной стены открывается вид на город и на сады Алькасара, на уходящие вдаль бассейны с фонтанами - в их зеленой воде отчетливо были видны рыбы.







Самое сладостное воспоминание о Кордове осталось от дворцовых садов. Вроде севильские сады и больше, и разнообразней, и фонтан там роскошный, но в кордовских разлита – вот именно, что сладость. Бродить бы и бродить! Опять махровые целлозии, длинные тумбы туй вдоль бассейнов, скульптуры. Струится вода, легкие струи фонтанов с обеих сторон бассейна соединяются в середине. Посреди этой красоты, в центре аллеи из туй – потемневшие от времени скульптуры: все тот же Колумб перед католическими королями. Голубейшее небо, желтые дорожки. Среди клумб расположились подстриженные в форме кувшинов кусты, а подножия ярких клумб обрамлены, словно набегающей морской пеной, подушками серебристой травы.

После Алькасара мы вышли на набережную Гвадалквивира, который здесь заметно маловодней, чем в Севилье, хотя тоже широк. Вода – цвета разведенного цемента, зеленовато-серая. Перед Римским мостом – небольшая, круто спускающаяся площадь, в центре которой стоит высокая колонна святого Рафаэля. А перед самым входом на мост установлены величественные мощные ворота Пуэрта-дель-Пуэнте.
Мост пешеходный. Посередине него над перилами возвышается одинокая скульптура святого Рафаэля. На другом берегу он заканчивается квадратной приземистой башней Калаорра.
Сначала я не хотела идти на другую сторону реки, но в итоге мы все же реку перешли и были вознаграждены дивными видами на древнюю Кордову. С большого расстояния хорошо было видно, как из ровного протяженного, относительно низкого – вровень с остальной частью города – тела Мескиты прорывается ввысь встроенный по центру собор. Башня Мескиты лишь ненамного его превышает.







Потом мы еще немного погуляли по Худерии, зашли на Цветочную улицу – узкий белый коридор, украшенный с обеих сторон рядами подвешенных голубых горшков с розовыми цветами. Улочка заканчивалась тупиком, в котором фотографы старательно пытались загнать в кадр ряды горшков с цветами с проглядывающей в конце улице башней Мескиты.
Потихоньку пошли на вокзал, который оказался совсем недалеко от центра города. Уехали на электричке 18-45. До Малаги доехали за час с небольшим, в два раза быстрей, чем до Севильи. Стоимость билета – €25.70.

Весь следующий день мы отдыхали. Поздно встали, долго, с чувством завтракали, заняв столик среди зелени на краю бассейна. Потом слонялись вдоль берега моря, делая попытки купаться. Море было холодным. Народ в основном загорал. Лежаки платные (€4.50), поэтому многие предпочитали лежать на песке на полотенцах и матрасах. Участки песчаного пляжа чередовались с пальмовыми рощицами, где в тени пальм на травке тоже располагались отдыхающие.
Мы прогулялись в сторону Бенальмадены и даже нашли относительно теплый кусок моря – от открытой воды он был отгорожен грядой валунов. Там и провели часть времени. Сходили в местный парк, поели морепродуктов, мороженое, выпили мохито. В общем, честно старались пляжничать. Сходили в супермаркет – супермеркадо, где набрали местных вин: разнообразных риох, хересов и малаги. Продегустировали малагу, прежде известную только по литературным произведениям. Это десертное вино из местного винограда, приготовленное по специальной технологии. Красная малага не слишком понравилась, но вот белая (на бутылке было написано «Cartujal») оказалась просто изумительной. По вкусу похожа на венгерское ледяное.

Танжер
В последний наш отдыхательный день, пятницу, отправились на экскурсию в Танжер.
В 7-20 возле отеля нас забрал автобус. Потом мы еще заезжали за туристами в Бенальмадену, Марбелью и Эстепону. Эстепона мне показалась вообще глушью. Я даже спросила «эстепонских», как им там отдыхается. Они подтвердили, что далеки от цивилизации, никаких электричек нет, до трассы идти 20 минут пешком, но сам отель очень хороший, и они ездили на Атлантическое побережье на шикарные пляжи Коста-де-ла-Лус и в античный город Болонью.
Наконец, всех забрали и направились в Тарифу.
По мере продвижения на юго-запад густая отельная застройка сменилась (примерно в районе Марбельи) виллами и приватными домиками, утопающими в зелени, потом и они сошли на нет, потянулись пустынные горы с редкими домами. Потом вдруг как-то сразу возник большой современный город-порт Альхесирас. Напротив него в море вдается скала Гибралтар, связанная с материком узким перешейком, но разглядеть мы ее смогли только на обратном пути – утром она скрывалась в тумане.
За Альхесирас началась уж совсем глухая местность. Пейзаж оживляли немногочисленные коровы на пастбищах да ряды ветряков на горных плато.
В Тарифе в порту стояло единственное судно – наш паром. Прямо над бухтой возвышалась крепость из серого камня. В отдалении на утесе виднелся замок, напоминающий «Ласточкино гнездо». В сторону Португалии тянулись обширные пустынные пляжи, «Берег Света», или Коста-де-ла-Лус.
В Тарифе заканчивается Средиземное море и начинается Атлантический океан. Это – самая южная точка Европы.
Мы прошли пограничный контроль и загрузились на паром. До африканского берега плыли около часа.
На выходе с парома нас ждал наш гид Абдурахман в белом балахоне – джелябе. И как-то все вокруг было странно, не по-нашему. Всего час пути – и ты попадаешь в другой мир. Другая одежда, другая архитектура, другие запахи.

Вообще, отправляясь в Танжер, надо понимать, что здесь не будет каких-то выдающихся памятников культуры, это просто экскурс в другую жизнь, и неизбежный вопрос, возникающий в Танжере: «Куда девались те арабы, которые выстроили Альгамбру и Мескиту?»
Сначала мы проехали на высокий холм, где за заборами, в тени пальм расположились виллы местной элиты, в том числе королевская резиденция. Этот престижный район называется Монтань. Наш гид Таня рассказала про историю и современное состояние Марокко и, в частности, Танжера, который, обладая выигрышным географическим положением, на протяжении всей своей истории многократно переходил из рук в руки, пока в 1923 году не был объявлен международной зоной и только в 1956 вошел в состав Марокко.
У Марокко есть все для благополучной стабильной жизни: залежи фосфатов, промысловая рыба, туристические объекты круглогодичного действия: пляжи и снежные горы. Многого ожидают от теперешнего короля Мохамеда 6-го, получившего хорошее европейское образование. Король делает попытки привить стране обычаи и законы цивилизованного общества. У него нет гарема. В 39 лет он женился на местной программистке, простой девушке не королевских кровей. Она стала первой марокканской королевой, явившейся публике с открытым лицом.
После Монтаня мы проехались по улицам современного города. Все те же белые дома, столь характерные для юга, многоэтажные, вполне типичные и безликие. Много машин. Улицы в некоторых местах очень круты, кажется, просто ухают вниз. Жители в непривычных одеждах. В тесном школьном дворе – большое скопление детишек. Все – в одинаковых голубых рубашках. Гуляют вместе: и мальчики, и девочки.
Самый колоритный и диковинный городской район – Медина, старый город. Его осмотр мы начали с португальской крепости Касбы, расположенной рядом с портом.
За стенами крепости – скопление белых невысоких домов. Вроде похоже на гранадский Альбасин, но погрубей и попроще. По белому фасаду – окна разных калибров и расположений. Перед окнами развешено белье. Над узкими проходами висят фонари. На крышах – спутниковые тарелки и антенны. Достаточно чисто. По пути нам показали гостиницу, в какой проживали «Роллинги», привлеченные в Танжер повсеместно доступными наркотиками.







Пройдя крепость насквозь, вышли за крепостные стены и оказались на высоком мысу прямо над морем. А чуть ниже, на пустынной площади в ожидании туристов стояли заклинатели змей, которые, стоило нам приблизиться, застучали в барабаны, вынули кобру из синего ящика и стали делать перед ней пассы и хватать ее за разные места. Мы поглазели, дали им денежку. И опять, вслед за Абдурахманом, нырнyли в узкие крутые улочки.
Следующий район Медины оказался значительно более оживленным, с многочисленными лавками мелких торговцев и швейников. Мы с удивлением узнали, что шитье джеляб – это чисто мужское занятие. На каждом шагу нам попадались такие пошивочные мастерские, где в тесной каморке среди отрезов ткани двое-трое бородатых арабов что-то прилежно вышивали. Умилительное зрелище, надо сказать. Да и вообще повседневная жизнь медины показалась очень занятной. Вот стайка молодежи: девушки в платках, смешливые, веселые, за ними ребята с какими-то торчащими, словно налаченными, патлами. Вот суровая, поджавшая губы старушка в ярком бурнусе, а за ней женщина в бесформенных шелках, как розовое облако, а вот сухонькая бабушка вся в черном, с подвязанным белым платочком ниже носа.

Потом был обед в традиционном марокканском ресторане, довольно вкусный. Сначала какой-то местный суп, потом на железных шампурах кебабы (длинные перченые котлеты), затем кускус с курицей и на десерт – мятный чай с пахлавой. Можно было еще заказать местного вина, но мы что-то не решились. В ресторане играли музыканты на местных инструментах.



После обеда пошли на базар, который расположился вдоль стен домов: бесчисленные лотки с фруктами, овощами. Ковры, платки, ножи, кожаные сумки. Татьяна нас предупредила, что кожа, безусловно, настоящая, но после местной выделки кожаные изделия долго сохраняют непотребный запах.



Зашли в марокканскую аптеку, которая, скорей, напоминала лавку народного целителя-колдуна. Множество колбочек, каких-то трав, снадобий. Аргановое масло, однако, купили все.
Из аптеки мы плавно переместились в ковровую мастерскую, где нам под ноги стали метать всевозможные ковры: и толстенные – из шерсти ягненка, и тончайшие шелковые, с затейливыми арабскими орнаментами. Кто-то даже соблазнился и приобрел.
На улице нас поджидала компания местных торговцев, которая уже плотно приклеилась к нашей группе и сопровождала нас до самого причала. Торг шел до последней минуты. Так, перед посадкой на паром я таки купила кожаную сумку за 12 евро, которая первоначально предлагалась за 40. Сейчас эта сумка висит-проветривается на холодной веранде на даче. Время от времени я ее нюхаю и понимаю, что нескоро – ох, нескоро! - с ней можно будет выйти в люди. А кто-то из мужчин не стерпел и купил нож, хотя гид предупреждала, что при возвращении в шенген нож будет просвечен и отобран. Но – забегая вперед - нож в итоге благополучно просочился в Испанию.
Напоследок нас еще завели в «Континенталь» - знаменитый старинный отель в мавританском стиле, в котором кто только не останавливался – от Эдгара Дега до Черчилля. Интерьеры, действительно, оформлены необычно. В комнатах словно бы разлита восточная нега, утонченная изысканность и праздность. Низкие диваны с уютными подушками, арабские причудливые светильники, подковообразные арки с резными краями, пестрые узоры на стенах. А один из залов мне живо напомнил лавку старьевщика из «Волшебной лампы Аладдина», поскольку весь был уставлен разнообразной утварью: старинными кувшинами, саблями, ножами, посудой, медными лампами и прочими занятными предметами.

Отель стоит на высоком берегу прямо над морем. От него мы спустились на пристань и погрузились на наш паром. Который отошел от берега с опозданием в 40 минут, зато переплыл пролив за 35 минут.
Утром европейский берег был затуманен, зато теперь хорошо были видны оба Геркулесовых столба – Джебель-Муса со стороны Африки и скала Гибралтар со стороны Европы. Это самое узкое место Гибралтарского пролива – всего 14 км.



Когда-то вестготы сами перевезли 7-митысячную армию Тарика-ибн-Зияда через пролив, чтобы свести счеты со своими соседями. А отправить воинственных берберов обратно в Африку удалось только спустя 780 лет – путем невероятных усилий, долгой кровавой борьбы, отвоевывания пяди за пядью. Возможно, сложись по-другому, андалусские города сейчас напоминали бы Танжер.
Но неужели это предки виденных нами сегодня арабов создали все эти сказочные дворцы за неприступными стенами, сады и мечети, устроенные с величайшим изяществом, фантазией и чувством меры, рядом с которыми многие памятники других эпох и культур кажутся грубыми и безвкусными?
Очень трудно отделаться от ощущения, что мавры, оставившие такой блистательный след на суровых гористых пространствах Пиренейского полуострова, составляли какой-то отдельный народ, растворившийся бесследно после того, как были выметены из Андалусии. Они не вернулись в Африку, они ушли в небытие. Те - сотворившие Альгамбру…

Лен,
умопомрачительно! А что вы делали с багажом, когда ночевали в Севилье? Не выписывались из своего основного отеля?

нет, не выписывались. Брали с собой в Севилью маленький рюкзачок с необходимым минимумом вещей, больше никакого багажа не было.

Лен, Здорово! Спасибо! На будущее повторно-третье посещение Андалузии учту ваш маршрут.
По поводу берберийцев-строителей нужно ехать вглубь Марокко. Ведь есть еще Марракеш, Мекнес, Фес и т.д. Танжер - это так, прихожая Марокко. Но очень хорошо, что оставили хотя бы однодневную экскурсию, она тоже нужна.

Вот смотрю на фото, да и свои воспоминания, и сразу возникает слово - сказка. Все таки в Андалузии сказочно. Надеюсь, что вы туда еще вернетесь. Ведь еще столько много осталось неосмотренного...

Лен, восхитительно. Сразу захотелось в Альгамбру, Андалусию и вообще в Испанию. Ваша Альгамбра впечатляет гораздо больше, чем виденная по телевизору, наверное, передается настроение рассказчика.

Конечно, по одному Танжеру нельзя судить о всей стране. Но контраст с Испанией, конечно, разительный.


да, посмотрели маленькую толику. А Альгамбра понравилась настолько, что при планировании зимней горнолыжки какое-то время рассматривали Съерру-Неваду с проживанием в Гранаде (сейчас, правда, переключились на Баварию). И еще очень хочется попасть на вечернюю экскурсию по Альгамбре.


Я, действительно, была под очень сильным впечатлением. Ходила, как сомнамбула.

Лена, очень рада видеть Вас здесь. Уже начала читать про Ваше путешествие на майл.ру. С большим удовольствием слежу за рассказом.

Ира, спасибо!

Дочитала в ущебр работе. Восхитительно, а фото замечательные. Лена, у меня вопрос- я так поняла, что Вы сами ездили, а экскурсию в Танжер где брали?

Мы брали путевку в Натали-турс на пляжный отдых и из своего отеля сами ездили по другим городам. А экскурсию в Танжер взяли у отельного гида.

Все ясно. Спасибо.

И еще обязательно хочется попасть туда в апреле-мае, когда цветут розы в садах в огромном количестве и аромат облачком летает по всей Гранаде.... Ах!

Спасибо за интересный и содержательный рассказ , отличные фото, нахлынули воспоминания, как будь-то вновь там побывала